Тайны египетской экспедиции Наполеона

Каир, Москва и Индия

Через одиннадцать лет после провала египетско-индийской авантюры Наполеон предпринял еще один восточный поход.

Когда кампания готовилась, Великий канцлер Империи Камбасерес позволил себе несколько почтительных замечаний о сложностях предприятия.

Монарх обещал воевать осторожно, с оглядкой, и не забираться слишком далеко.

Однако графу Нарбонну он скажет другое: «Этот далекий путь ведет нас в Индию… Вообразите, что Москва взята, Россия повержена, царь усмирен или пал жертвой дворцового заговора, тогда можно основать новый, зависимый от Франции трон. И скажите, разве для великой французской армии и вспомогательных отрядов из Тифлиса не открыт путь к Гангу, разве не достаточно одного туше французской шпаги, чтобы на всей территории Индии рухнула эта пирамида английского меркантилизма?»

И англичане, знавшие об азиатских проектах Наполеона, заключили в 1809-м и, позднее, в 1814-м годах соглашения с Персией, запрещавшие пропуск через иранскую территорию в направлении Индии армий иностранных государств. Причем, персы должны были склонять к аналогичным действиям Хиву, Бухару, Коканд и Кашгар.

Наполеон направлял в Персию ориенталиста Жобера, но вынужден был признать, что «ничего толкового из этого не вышло».

Зато теперь непременно выйдет!

В Торне Наполеон провел смотр Великой армии и окинул ее хозяйским взглядом. Лица солдат сияли, глаза горели. Один артиллерийский начальник приблизился к императору и бодро заявил: «С такими войсками, Государь, вы можете пойти на завоевание Индии!»

Так думают не только командиры. Вот что писал родителям фузилер 6-го гвардейского полка первого батальона четвертой роты: «Сперва мы вступим в Россию, где нам придется немножко подраться, чтобы проложить себе путь дальше. Император, должно быть, уже приехал в Россию, чтобы объявить ему – тамошнему маленькому императору – войну. О! Мы живо разделаем его под белый соус! Если бы мы были одни, и то было бы достаточно. А! Отец, и как же здорово готовятся к войне. Наши старые солдаты говорят, что никогда не видали ничего подобного. И это правда, ибо ведут сильное и огромное войско, но мы не знаем, для России ли оно. Кто говорит, что пойдем в Ост-Индию, кто в Египет; не знаю, кому верить. Мне лично решительно все равно. Я хотел бы, чтобы мы пошли на край света». В другом письме он уточнит: «Мы идем в Ост-Индию; она находится в тысяча трехстах лье от Парижа».

Они дрожали от холода в палатках, сотрясаемых ветром, и грезили о волшебных странах, где царят нега и покой. Как и четырнадцать лет назад, они не знали, куда их поведет человек, чья удача казалась безграничной.

Наполеон перешел Неман не для того, чтобы захватывать, грабить, убивать. Он должен принудить Россию выполнить ряд политических условий. Главная же соперница – по-прежнему, от начала и до конца – Англия. В Тулоне, в Египте, в Москве и при Ватерлоо!

В 1798 году он воевал не с турками, а с Англией, и в России борется с ней же! «Вторая польская война» – продолжение египетской. Наполеон был плохим шахматистом, но в политике «играл по всей доске». И эта доска – Земной шар.

Однажды Бертье устроил заячью охоту, но вместо косых пустил кроликов. С ними хлопот меньше. Добрые животные, заполонившие карету императора.

А перед Неманом был не кролик. Дикий был, пограничный заяц.Знаковый. Польско-литовский перебежчик. Метнулся под лошадь, та отпрыгнула, а император упал.

Не стоит переходить? Перешли. В изумительном порядке.

Назад | Далее