Тайны египетской экспедиции Наполеона

В Париже об этом знали очень немногие. Наполеон готовился отразить нападение, работая по ночам с министрами, а днем принимал многочисленные поздравления. Когда весь высший свет, включая дипломатов, явился к нему на поклон, и австрийский посланник князь Шварценберг стоял вместе со всеми, Наполеон вытащил из-за ворота мундира булавку, украшенную скарабеем, и протянул ее супруге посла со словами:

– Этот камень я нашел в гробницах египетских фараонов. С тех пор всегда носил с собой как талисман. Возьмите его: теперь он мне не нужен.

Он будто ощущал себя вне времени и пространства.

Наполеон думает, что Рок увлекает Россию. Но Рок увлекал его самого.

Он сказал Коленкуру, что подпишет мир в Москве, и преследовал отступавшую русскую армию, не остановившись ни в Витебске, ни Смоленске, как советовали генералы.

И вот настал решительный день!

В пять часов утра Наполеон сел на коня и поскакал к войскам, назначенным для главной атаки.

– Сегодня немножко холодно, но ясно, – заметил император. – Это солнце Аустерлица, – сказал он сбежавшимся офицерам.

Он ошибся – то было «солнце Бородина».

Сил на опоясывающие движения уже нет, хотя Даву просил четверть армии для правого обхода. Ну, уж нет! Без импровизаций!

Во время сражения разбушевался маршал Ней, «храбрейший из храбрых»: «Что же это, наконец! Разве мы пришли сюда для удовольствия занимать поля? Что император делает там, позади? Он видит только обратную сторону дела. Коли он не хочет сам вести войну, перестал быть генералом, и корчит императора, пусть убирается в Тюильри и передает дело нам!»

Границу России пересекла полумиллионная армия. В Москву Наполеон привел лишь девяносто тысяч.

Художники написали картины, на которых Великая армия стройными рядами входит в древнюю Москву. Фатальна ли последующая гибель великолепного войска? Мог ли Наполеон закрепить успех, снова напав на русских, как говорили некоторые наблюдатели?

Да, ветераны Великой армии когда-то пересекали африканские и сирийские пустыни, переходили Сен-Бернар и Гвадарраму. Гвардейцы, карабкавшиеся на горы Гвадаррамского перевала, переговаривались о том, чтобы убить Наполеона. И он это слышал.

У солдат, в один день одолевших Пиренеи, не было за спиной перехода, подобного маршу на Москву. Летом двенадцатого года стояла такая жара, что ветераны вспоминали труднейшие дни египетского похода.

Назад | Далее