Тайны египетской экспедиции Наполеона

Коленкур пишет об одинаковых фитилях, разбросанных здесь и там. Несомненно, Москву сожгли русские!

Жизнь императора, который как Людовик Святой во главе крестового похода вошел в загадочную столицу Востока, оказалась в опасности.

Мюрат, Бертье, Бессьер, Лефевр и Богарне уговаривали его покинуть Кремль. Вначале он отказывался. Затем, видя возраставшую угрозу, соратники все же вынудили его спасаться бегством.

Начался «странный месяц» необыкновенного человека, который привык диктовать одновременно нескольким секретарям, но в Петровском замке будто забыл о том, что «несет мир на своих плечах».

Наполеону было не до созерцания красот дворца – он уделил этому всего полчаса. Его деятельность была парализована, он не отдавал никаких распоряжений – что-то небывалое!

«Виновников» пожара подвергали казни – новая администрация наводила порядок. Сам Наполеон признал в письме к Александру, что расстрелял 400 «поджигателей».

Разве он не знал, каким страшным преступлением считали здесь расстрел пленных янычар в Яффе? Неужели он думал, что извещение русского царя о том, что в Москве соблюдается «общественный порядок», добавит ему шансов достичь мирного соглашения?

В Яффе он расстрелял клятвопреступников, в Москве поджигателей. Оба предприятия (египетско-сирийское и московское) в итоге провалились.

Как они похожи! Утомительные марши, непримиримость врага, партизаны. И индийские грезы.

Там и здесь подвели турки. В Египте он хотел с ними дружить, а они на него напали. В 1812 году надеялся, что османы ослабят Россию, а они с ней помирились.

Он выезжал осматривать город и видел одни головешки. Прогулки по центру его не радовали, тогда он значительно удалялся от Кремля. По его приказу в Новодевичьем монастыре установили батарею, а стены укрепили. Император проехал верхом на маленькой белой арабской лошади по всем помещениям, которые показались ему интересными, и велел солдатам взорвать храм Иоанна Предтечи, напомнивший ему о вражде с Орденом мальтийских рыцарей Иоанна Иерусалимского.

Творя Историю, искал ли он Бога в Истории?

Если в Египте в числе прочих книг Бонапарт читал Библию и Коран, то в Москве был занят политикой и светской поэзией. И ученых с ним нет, как то было в Африке.

Ему сказали о том, что в Москве храмов «сорок сороков». Он написал в Париж: «Здесь тысяча шестьсот церквей».

Назад | Далее