Тайны египетской экспедиции Наполеона

И здесь мы не можем не вспомнить гуманиста Клебера, который погиб сам, но спас армию. Двадцать тысяч солдат вернулись из Египта именно потому, что полководец думал в первую очередь о них.

Мог ли Наполеон подписать конвенцию, подобную Аль-Аришской? Наивный вопрос!

Он вернулся из России в добром здравии (страдая крайней формой мании величия, он закончил этой фразой страшный 29-й бюллетень, сообщивший французскому народу о величайшей катастрофе), но без войска.

Гениальный полководец и посредственный политик, он не избавился от своих иллюзий и в 1813 году, продолжая уповать на родственников-Габсбургов и веря в то, что «он нужен Европе».

Только освободившись от части иллюзий в 1814 году, он «найдет свои сапоги Итальянской кампании» и вновь начнет бесподобно бить армии настоящих и несостоявшихся родственников.

«Пока войска союзников медленно продвигаются, Наполеон стремительно перелетает из долины Эны в долину Марны или Оба; он знает это пространство лучше, чем его противники, и это помогает ему совершать внезапные нападения, отрываться от врага, тянуть время… Удача улыбается ему до тех пор, пока вражеские толпы не принуждают его отступить к самому Парижу», – писал Фернан Бродель.

«Талейран сразу понял слабость этой тактики; он отвечал маркизе де ля Тур дю Пен, расспрашивавшей его о судьбе императора: «Ах, оставьте меня в покое с вашим императором. Это человек конченый». – «Как конченый? – удивилась я. – Что вы хотите этим сказать?» – «Я хочу сказать, – отвечал он, – что это человек, который того и гляди спрячется под собственную кровать!…» Я забросала его вопросами, но он был немногословен: «Император растерял всю свою силу. Он выдохся. Вот и все. Свою силу: пушки, зарядные ящики, боеприпасы, повозки. И людей».

Так закончились его вселенские авантюры.

Назад | Далее